Багдад часто ассоциируют со сказками «Тысяча и одна ночь».

В центре города даже есть памятник. Возле него наш водитель согласился притормозить на полторы секунды.

Как говорит Википедия:

«Шахерезада — старшая дочь царского визиря, девушка редкой красоты и недюжинного ума, вызвавшаяся освободить народ от последствий неудачного брака Шахрияра (пережив измену жены, царь уверился в порочности женщин, но поскольку обойтись без них было сложно, Шахрияр каждую ночь овладевал невинной девушкой, а наутро её убивал).

Напросившись в царскую опочивальню в качестве очередной жены-жертвы, Шахерезада применила всё своё красноречие, рассказывая царю сказки до восхода солнца (который не без умысла наступал на самом интересном месте повествования). Любопытство в Шахрияре всякий раз перевешивало кровожадность и он давал Шахерезаде отсрочку до следующей ночи, желая услышать окончание сказки, но на следующую ночь всё повторялось. Таким образом хитрая девушка тянула время достаточно долго, пока к Шахрияру не вернулся здравый смысл и он не отказался от массового истребления девственниц».

Шахерезада в правда симпатичная.

Что на самом деле происходит на ночь в Багдаде?

Вечером центром столицы становится участок улицы Каррада, который начинается от площади Фирдос (где был памятник Саддаму). Открываются магазины и кафешки. Все подсвечивается мерзкими холодными энергосберегающими лампами и в реальности выглядит еще темнее, чем на фото.

Обычный восточный уличный базар, только все темнее.

Вот так нужно одеваться в Багдаде!

Обратите внимание на лица манекенов.

В кафешках – аншлаг, трудно найти свободный столик.

Есть места для кальяна и кофе по-восточному.

Правда, больше пьют чай.

Их этого места у меня появилась чашка. Когда я спросил, можно ли заполучить чашку как сувенир, мне  показали место, где чашку можно было помыть. В Северном Ираке чашку еще и завернули.

Около 10 вечера народ расходится, улица пустеет.

Но в чайных еще тусуются.

Каррада – единственное место, где есть жизнь вечером. Наш отель был на улице Аль-Садун, в самом центра города, но с наступлением темноты там даже машины переставали ездить. Каждый метр пах приключениями, когда приходилось возвращаться, и особое внимание у патрулей вызывали любые прохожие. Один раз даже видели, как жестко «принимали» компанию молодых людей.

Как-то нам в руки попал туристический путеводитель по Ираку. Да, есть такой. Казалось бы, вот руководство к действию. Но не тут то было. В изданнии 2010 г. есть масса неточностей, как и во всем, что можно найти про современный Ирак. Вероятно, причастные к изданию чиновники из Министерства туризма последний раз выходили за пределы своих бетонных оград в город в далеком 1990.

За актуальные иллюстрации выдаются фото из 1980-х, а информация вообще курам на смех.

Среди многого говорится, что Багдад с Европой соединяет железная дорога, по которой можно доехать в Ирак из Англии. Действительно, например, начиная с 1928 писательница Агата Кристи много раз путешествовала из Лондона в Багдад поездом Orient Express, и даже познакомилась со своим вторым мужем в Ираке. Поезд шел до Багдада 8 дней через Стамбул.

За 8 дней можно договориться о чем угодно и в 1930 Агата вышла замуж за молодого архитектора. По несколько месяцев в году, следующие 30, лет Агата Кристи проводила в путешествиях по Ближнему Востоку со своим мужем. Роман «Убийство в Восточном экспрессе» 1934 как раз упоминает название поезда, правда там действие происходит на пути поезда из Турции в Европу.

Тем не менее, Orient Express до сих пор упоминается как вариант попадания в Багдад.

Железнодорожная станция выглядела так (это новый вокзал, построенный в 1959):

И по Ираку даже ездили такие локомотивы!

Путешествие в Orient Express было очень аристократичным. Что сегодня осталось от всего этого – легко представить. Поезда не ходили с 1980. Вроде как сейчас думают над «релончем».

Ждем продолжение.

Последний отпуск я провел в Ираке. И предпоследний тоже. Пока не забылось и пока Ирак не стал туристической меккой, выкладываю небольшой иллюстрированный рассказ.

Давно мечтал попасть в Багдад. По разным причинам.

Во-первых, мечтал еще со времен учебы в художественной школе. Там был предмет «история искусств», на котором изучали Вавилон. В 80-х не было интернета и информацию черпали в библиотеках. По истории искусств у каждого ученика была большая толстая тетрадь, в которой конспектировали лекции противной училки, а еще должны были вклеивать картинки по теме. Обычно, картинки брались в библиотеке, где они были в энциклопедиях в виде схем и рисунков, чаще черно-белых. Ведь фотографий разных древностей не было. В библиотеку я первым никогда не приходил и во всех местах нужные страницы были уже вырезаны. Поэтому, в тетради часто приходилось самому рисовать. Так у меня были нарисованы и Ворота Иштар и Висячие сады Семирамиды (одно из 7 Чудес света) из Вавилона.

Срисовывать приходилось вот с таких картинок (это и есть «висячие сады»).

Я знал, что там хоть что-то сохранилось, например, Вавилонский лев, которого можно даже потрогать. Эти миры были тогда какие-то далекие и нереальные, но увидеть древний город Вавилон всегда хотелось.

Во-вторых, несколько лет назад у меня появилась привычка раз в год выбираться в какое-нибудь условно-экстремальное место. Я вообще люблю путешествовать, особенно по разным странным местам, далеким от туристических троп, где кипит настоящая жизнь. Страны с неопределенным статусом, враждебные туристам или просто далекие только привлекают внимание, ведь там еще хоть что-то сохранилось настоящее. Оказывается, на планете есть еще места, где в 21 веке люди не пользуются деньгами, меняя табак на дрова и свиней на женщин. А есть страны, где никакие деньги не дают гарантий безопасности. Вот такие места и заслуживают посещения.

Сначала я мечтал попасть в Ирак на своем автомобиле по земле из Турции. В 2009 не сложилось, хотя я был близок. Поехал один «пешком». Сначала в Стамбул, потом перелет на юго-восток Турции, поближе к иракской границе, затем автобусы и такси. Между Турцией и Ираком был единственный переход, через который можно проникнуть в Ирак без визы (теперь эта лазейка не работает). Правда, нельзя было передвигаться по все стране, а только по некоторым регионам, относительно безопасным. В Ираке есть непризнанное государство Курдистан, которое имеет свой флаг, правительство, границу. Вроде как Ирак официально, а на практике – Курдистан. Путешествовать в Курдистане относительно безопасно. Но покидая эти провинции, оказываешься в настоящем злом Ираке. Там все рядом и так или иначе краем глаза Ирак я посмотрел. Но в 2009 я не смог доехать до Багдада, не рискнул, и правильно, как позже убедился. Возможности свободного перемещения по стране нет ни у кого, кем бы он ни был. Хоть бомж, хоть министр или президент – все живут в страхе за жизнь каждый день. А профессия «журналист», которой открывается многое в большинстве стран тут еще опаснее. Поэтому, нереально носить фотокамеру на виду, открыто интересоваться чем-либо и в принципе быть белым человеком в Ираке опасно. Из первого визита в Ирак я многое вынес об этой стране и прежде всего то, что новости об Ираке сильно не соответствуют реальности. Во многом ситуация печальнее, чем видна издалека. Похищения и убийства происходят каждый день. В новостях говорят о взрывах, когда погибает много людей или когда взрывов сразу несколько. Просто убийства полицейских, солдат или случайно попавших «под раздачу» прохожих уже не являются событием, если мяса не слишком много.

В северной части Ирака все как один, с кем я общался отговаривали меня ехать в опасную южную часть страны. Это ли не повод вернуться?!

И вот, спустя 2 года желание победило. Снова я подумывал об авто-экспедиции, и хорошо, что не получилось – вернуться назад пешком без машины был большой шанс. С двумя единомышленниками мы решили отправиться в Ирак по земле из Иордании. Сейчас в Багдад уже летают коммерческие авиалинии и добраться самолетом не проблема, если есть желание заплатить запредельные $1100-1500. Но это не метод настоящих путешественников. Нам было интересно проехать по дороге до Багдада.

Поездке предшествовало получение визы. Конечно, просто прийти в консульство и попросить визу нельзя. Это не «шенген» какой-нибудь. Нужно найти кого-то в Ираке, кто сделает приглашение. Принимающая сторона должна основательно похоботиться, выполнить разные процедуры. Приглашение оформляется в специальной форме, проходит через три министерства или органа, только потом приходит в Иракское консульство в Киеве.

Механизмов ускорения этой бюрократии найдено не было и обещанные 20 дней ожидания превратились в 4 месяца. В результате, вылетать пришлось не в мае, как планировалось, а в августе, когда в Ираке слишком жарко. При получении приглашения и визы мы пытались избежать дальнейшего участия в нашей поездке приглашающих нас людей, но до конца этого не удалось.

В день, когда я забирал паспорт с готовой визой, произошел случай возле израильского посольства, когда меня приняли за врага Израиля из-за того, что я припарковался в неправильном месте. Слишком много совпадений было найдено службой безопасности: авто пригнано из Афганистана (они как-бы «пробили»), на борту надпись «Аллах Акбар» на арабском, в багажнике видна картонная коробка, а у владельца паспорт с коллекцией виз всех враждебных Израилю стран: типа Сирии, Ливана, Ирана и двумя отметками Ирака, одна из которых получена получасом ранее. Этот «эпизод», как оказалось, был зафиксирован протоколом и при въезде в Израиль спустя пару недель (это была незапланированная поездка через день после возвращения из Ирака), я узнал что такое израильские службы безопасности в работе. Мои посты на Facebook, форумах путешественников, сайт компании, блог были прочитаны и изучены, в их базе было видео, снятое у консульства в Киеве. Тем не менее, меня пропустили, спустя 5 часов. Ну ладно, возвращается к Ираку.

Плана поездки как такового не было, как не было конкретики в информации, которой мы владели. Переписка с местными говорила только о том, что планировать что-либо – пустая трата времени. Так и оказалось, все решения принимались на месте.

Итак, мы прилетели в Амман, столицу Иордании ночью, узнали где начинается трасса в сторону иракской границы и начали искать транспорт. В незатейливом иорданском ритейле были куплены продукты в дорогу. Ехать больше 900 км.

Часть дороги по Иордании ничем не привлекательна.

За несколько километров до границы с Ираком мы остановились позавтракать. Это была единственная остановка, потом только на КПП и один раз заправиться.

Машин на дороге мало, только «маршрутки» в виде больших белых внедорожников. На GMC, Cadillac Escalade, Lincoln Navigator выпусков 2010-2011 в Украине обычно ездят богатые люди, но только не в Ираке.

На выезде из Иордании – пустота. Из трех человек: двое – моя компания и водитель.

Едем по no man’s land. Арка – въезд в Ирак. В 9 утра температура уже за 35.

Из Иордании выпускают легко, а чтобы проехать на территорию Ирака пришлось потерять 3 часа. Людей нет, просто выносят мозг: «куда и зачем…». Когда с паспортного контроля позвонили человеку, который прислал нам приглашение, чтобы тот подтвердил что ждет нас, он сказал пограничнику, что нас не знает и не ждет. Потом позвонил мне и начал рассказывать, что если мы хотим проехать, должны ему накинуть соточку. Мы в итоге проехали, конечно, хотя и были близки к тому, чтобы всех послать подальше. Потом в поездке подобные случаи происходили регулярно, когда нам предлагали за что-то заплатить.

Ждать приходится в таких вот стенах, на улице уже жарко.

Сразу после границы останавливаемся заправиться. Бензин в Ираке дешевле, чем в соседней Иордании и водители всегда заправляются под завязку. На вид – это какие-то будки и брошенные автомобили, разбросанное железо. Через секунду появляется мужик с канистрами.

В пустыне встречаются брошенные машины. С этого «малыша» я открутил номерной знак и хотел привезти его как сувенир:) Но глядя на пограничный шмон на обратном пути, поспешил избавиться. Теперь жалею, нужно было таксисту его под коврик засунуть не спрашивая.

Состояние дороги неплохое. В стране, где идет война дорога лучше нашего «автобана» Киев – Одесса. 2 полосы в каждую сторону. Ограждение на обочинах и между встречными полосами почти везде отсутствует или помято, как будто по нему ездила бронетехника. Воронки на асфальте залатаны.

Большая часть пути проходит через каменистую пустыню со скучным пейзажем. Первые 100-150 км почти отсутствуют КПП. Вернее, их много, но они стоят не на дороге, а по сторонам на сопках. Кажется, военные в наблюдательной роли скорее, чем в контролирующей. Говорят, ситуацией владеют местные кланы и все всех боятся. Лишний раз не высовываются. После наступления темноты по этой дороге, никто ни за какие деньги не поедет.

Типичная заправка, они все одинаковые.

На заправках есть место для отдыха со всеми удобствами:)

Через 150 км пути КПП становится больше, они появляются на дороге. Проверки пока редки, но водитель притормаживает, чтобы военные моги рассмотреть кто в салоне.

КПП через каждые несколько километров.

Машины едут на большой скорости, не останавливаясь. Скорость нашей машины редко опускалась ниже 120. Останавливаться водитель отказывался.

По какой-то причине почти все дорожные указатели разломаны. Как будто для кого-то было развлечением стрелять по ним.

За 200 км до Багдада начинаются города с названиями из новостей: Рамади, Фаллуджа, Абу-Грейб… Эти места считаются наиболее враждебными к американской оккупации, значит – ко всем «белым людям». Машину досматривают, иногда лазят в багажник. Тут главное не сойти за журналиста, т.к. к ним особое отношение в Ираке, их не сильно любят и требуют наличие такого количества документов, как на циркового слона. Вместо привычного «из какой ты страны?» тут спрашивают «где работаешь?». Очень удивляются ответу, что ты – путешественник. По представлению местных сил безопасности, каждый белый человек должен работать в какой-нибудь международной компании или миссии. В зависимости от имени компании людей оценивают.

Количество КПП увеличивается с каждым километром, и это уже настоящие пропускные пункты. Документы проверяют все чаще, как минимум при въезде в населенный пункт и при выезде. Пейзаж становится веселее, появляется зелень. В небе над городами встречаются большие белые дирижабли. Каждые несколько минут пролетают пары вертолетов. На дорогах время от времени проносится бронетехника.

Стартовав в четыре утра в Аммане, через 900 км, в семь вечера мы въехали в Багдад.

Если просто высунуться из окна и сделать фото, с большой вероятностью получится вот так:

Багдад – город бетонных заборов.

В августе в Багдаде невыносимо жарко, было около 45. Как только выходишь из кондиционированной машины, получаешь как будто молотком по затылку.

Первое, что видишь в Багдаде кроме изувеченных зданий, это колоссальное количество военных и полицейских на улицах. Каждый перекресток занят патрульной машиной. Иногда на одном перекрестке стоят три-четыре патруля. Здесь постоянно находишься под присмотром людей с оружием. Нечто похожее я испытывал в Кабуле, но там было намного больше свободы, а здесь нельзя пройти и ста метров, чтобы не достать документы для проверки. Работают сразу несколько видов военных и полиции: федеральные, региональные, городские, разные по профилю. У всех разная форма и раскраска машин. Их очень много, они везде. Любой переулок или перекресток контролируется. Нет места, которое было бы не в прямой видимости патруля. По крайней мере, так в центре и на дорогах. В переулках такого нет, туда полиция боится заглядывать, а вертолеты при полете над такими кварталами отстреливают тепловую противоракетную защиту время от времени.

Вот так и ездишь по лабиринтам. Справа и слева – жилые кварталы, которые разрезаются дорогой. Вот эти дороги – это и есть то, что контролирует власть.

Ну точно дыру не мыши проели.

Город стоит на реке Тигр, которая разделяет его на равнозначные части. Всего, кажется, 13 мостов. В течение дня несколько раз переезжаешь через реку. С мостов открываются хорошие виды, но остановиться категорически нельзя, а снимать из машины мешают перила.

С реки виден масштаб разрушений.

Вид на набережную Абу Навас, которая когда-то бы центром тусовки местных жителей.

Заборы и развалины, их бесконечное количество километров.

Это – с самых центральных улиц. Разбитые дома приводить в порядок, перестраивать некому, как и просто убирать обломки.

Фирдос – одна из центральных площадей Багдада с мечетью Шахид.

С противоположной стороны стоят отели Ishtar Sheraton и Palestine.

На этой площади, на этом постаменте раньше стояла статуя Саддама Хусейна, кадры с демонтажа которой облетели весь мир в 2003 и стали символом свержения Саддама.

Сейчас колонн по кругу нет, постамент остался.

На улицах много магазинчиков, офисов. Но из-за жары людей почти не видно.

Так выглядят центральные улицы Багдада.

Заборы, коридоры…

Монумент Свободы. За ним есть небольшой парк, раньше работали фонтаны. Попросили водителя остановиться. Вышли из машины, сделали фото. Естественно, сразу два патруля попали в кадр и мы имели беседу с полицией. Пришлось показывать все фотки, часть потребовали удалить.

Вдали – «зеленая зона» и Памятник мученикам (купол из двух полулуковиц)

Мечеть Хулани Шиит, также одна из центральных площадей Багдада, всегда стоит в пробке. Тут чуть ли не единственный работающий светофор в городе. Но на него внимания никто не обращает.

Сама мечеть закрыта забором.

Какая-то водонапорная башня, их в городе много.

Улицы в Багдаде широкие.

Картинки почти из мирного времени: широкие бульвары, зелень.

Армянская церковь. К ней подойти не удалось. Как только вышли из машины были «атакованы» военными с ближайшего поста. Снова проверка фото и рассказ «кто и зачем».

Через дорогу – местный театр, его тоже нормально снять нельзя.

Многие улицы завалены обломками годами.

Тут вроде собираются что-то достраивать, а пока камни используются в качестве баррикад.

Не знаю, как они умудряются просматривать все проезжающие автомобили. Снимал через стекло с заднего сидения джипа маленькой мыльницей. Но военные увидели, перебежали дорогу, остановили весь поток машин и устроили шмон.

Пока досматривали нас, водителя штрафанули на $20 «за огнетушитель» :)

Большая часть зданий министерств и государственных органов стоят выжженными и заброшенными.

В тех зданиях, где есть жизнь, все обнесено забором по периметру.

Как только выходишь из машины, оказываешься в центре внимания: для местных жителей европеец – редкость. Такое внимание ко мне было, разве что в Папуа, в долинах, где люди ходят без одежды.

Багдад не скоро станет туристической территорией. Ни один его отель, включая те, где номер стоит $ 300, не имеет своего сайта. Вообще в Багдаде отелей немного, и еще меньше тех, где можно остановиться за вменяемые деньги и при этом не рисковать жизнью. В том отеле, где остановились мы, мой паспорт был похищен из сейфа. Это был серьезный удар: без документов в Багдаде нельзя даже выйти на улицу. И три дня пришлось вести переговоры о возвращении паспорта с людьми, которые настоятельно предлагали нам задержаться в их гостеприимной стране. Спасала цветная копия документа, с которой кое-как можно было передвигаться.

В 5-звездочный Иштар Шератон я сходил пару раз выпить кофе, ведь вечером на улицах делать нечего. А до Иштара можно было перебежками дойти, минуя 4-5 постов. Но второй день полиция знала в лицо и документы смотрели только через раз. Чтобы зайти в отель, нужно было вывернуть карманы и содержимое сумки три раза: при въезде на территорию, на дистанции 100 м между въездом и отелем и при входе в сам отель. Два из трех знаменитых отелей в Багдаде находятся на одной территории под общей охраной. Известный отель Палестина, в котором регулярно что-то происходило: то террористы взорвут, то американский танк выстрелит, был закрыт на ремонт. Палестина известна тем, что в ней жило большинство журналистов, размещались офисы информ-агентств и иностранцы. Такой «оазис» безопасности.

Так выглядит меню в баре багдадского отеля 5*, где номер стоит $300

А кофе был хороший. Единственное место в Багдаде, где я нашел эспрессо.

В Шератоне богатый интерьер и единственное место с эспрессо. В баре официанты одеты по-европейски, а на ресепшне даже могут объясняться. Есть бассейн и ресторан на крыше. Правда, из-за Рамадана ресторан не работал, а в баре не было спиртного. Внутри отеля как будто другой мир и не верится, что за его пределами идет война, по сути. Отели обнесены четырехметровым бетонным забором и охраняются, как военная база.

Интерьеры и номера (нам показали) сделаны дорого и роскошно, все новое. Ремонт был сделан в начале 2011 после теракта в 2010. Тогда здание было серьезно повреждено, погибло 37 человек.

В Иштар Шератоне есть даже бассейн. Только людей нет. Обычно в холле 1-2 человека, не больше.

В Багдаде есть относительно безопасные места. На набережной Тигра – улице Абу Навас – после захода солнца, когда жара отступает, народ гуляет с детьми и курит кальяны. Это место в небольшим парком расположены между дорогими отелями и рекой. Говорят, раньше тут народ гулял толпами, а вдоль реки была масса ресторанчиков. Сейчас это место находится через реку от т.н. «зеленой зоны» или «международной зоны», которая представляет из себя город в городе. Обнесенная по периметру несколькими рядами забора и защищенных ворот, «зеленая зона» стала центром иностранных компаний, посольств и миссий. Там люди чувствуют себя в безопасности, но попасть туда извне нереально. Офисы там находятся только самые блатные и если вы едите в «зеленую зону», вас должны встречать у определенных ворот и за все договариваются заранее. Даже украинское консульство не находится там.

На переднем плане – Иштар Шератон, на заднем – Палестина. Конечно, на самом деле никакого отношения к сети Шератон этот отель сейчас не имеет. В мирное время он строился на деньги Шератона. После войны в Заливе в 1991 контракт между иракским правительством и сетью отелей был разорван, а бренд используется теперь без согласия. В иракском Эрбиле, где я был в 2009, тоже есть такой же «Шератон», с аналогичной историей.

В Ираке считается нормальным приклеить к названию отеля какой-нибудь международный бренд. Есть Monsuor – Melia Hotel, Babylon Hotel / Oberoi, Sadeer – Novotel, Palestine – Meridian, которые ничего общего с международными сетями не имеют с 1991, а некоторые не имели и раньше.

Так это выглядит сверху. Иштар Шератон – самое высокое здание в Багдаде. Слева виден Тигр и парк – набережная с деревьями и дорожками (фото из Википедии).

Говорят, люди приходят сюда гулять семьями к вечеру (днем слишком жарко). Это, пожалуй, самое безопасное место в Багдаде – набережная Абу Навас. И самое зеленое.

Играть детям придется под шум вертолетов, которые летают кругами днем и ночью.

Элементы ландшафтного дизайна.

С элементами ритейла.

Где можно посидеть на травке, посмотреть на реку.

На противоположном берегу – т.н. «Зеленая зона», или официально «International Zone».

Сама набережная, если не считать небольшой парк находится в плачевном состоянии. Берег грязный, к воде не подойти. Ветер гоняет облака песка.

Наш отель был неподалеку, не был обнесен стеной, хотя прямо перед фасадом был пост с дежурным военным пикапом.

Практически каждый день в городе происходят взрывы. «Сегодня было три взрыва», – разговорился во время поездки таксист. Он говорил это спокойно, без эмоций – люди уже привыкли, что взрыв может случиться где угодно и в любое время. Позже из новостей я узнал, что в тот день в Багдаде погибли 67 человек и это был самый кровавый день в году. Когда гибнет только пару человек, в новости такое не попадает.

Возможно, из-за этого теракта полиция и военные в городе чинили максимум препятствий для перемещения, а большая часть мест, которые мы хотели посетить, была вовсе недоступна.

Теракты чаще всего случаются утром, когда перемещение народу по городу происходит наиболее оживленно и количество жертв, соответственно – максимальное.

Международные журналисты и чиновники перемещаются по Багдаду с эскортами из бронированных джипов, а живут они за высокими бетонными заборами. Но и передвигаясь на автомобиле, вы не сможете остановиться в любом месте. Это опасно. В городе есть такси, но их водители отказываются ехать во многие районы.

Люди в Багдаде привыкли находиться в постоянном страхе – так живет сегодня более 4 млн его жителей. Тем не менее, в большинстве своем они приветливы и всегда готовы помочь.

Безопасность – самое дорогое, что есть в этом городе. Над ним днем и ночью летают боевые вертолеты, беспилотники и дирижабли для видеонаблюдения. С наступлением темноты жителям не рекомендуется выходить на улицы, и вечером город превращается в темную бездну из разбитых зданий и пустых улиц, заваленных битым кирпичом. Человек с ресепшна отеля специально выводил нас на улицу, чтобы показать рукой переулки, куда «ни ногой», ибо ответственности никто не несет. На вопрос, можно ли где-то найти карту города, нам ответили: «в Багдаде никто не может иметь карту».

В Багдаде трудно фотографировать – человек с камерой привлекает еще больше внимания, чем просто иностранец. К тому же снимки требуют показать на постах и часто стирают. Да и фотографировать особо нечего: Багдад – это лабиринты из бетонных заборов, а все достопримечательности закрыты и охраняются.

Достопримечательности. Они есть, но добраться до них сложно. Знаменитый Багдадский музей во время моего визита не работал. Часть интересных мест саддамовской эпохи находятся в «зеленой зоне». Возможность посещение мест за пределами Багдада нужно уточнять каждый день, т.к. некоторые дороги перекрываются в зависимости от ситуации, где-то размещаются военные базы и гражданских не пускают.

В апрельском номере российского журнала о банковских технологиях ПЛАС №3 (179), вышла моя статья «Инновации в банковских отделениях, способные изменить платежную индустрию».

В ближайшие годы роль банковских отделений, расположенных  на территории России и ряда стран СНГ, принципиально изменится. И скоро мы станем свидетелями превращения отделений из центров проведения повседневных банковских операций в центры построения отношений банков с клиентами.

Статья полностью.

Вот пример, когда виртуальная финансовая компания выходит в розницу. Это необходимо по разным причинам, чаще всего связанным с желанием повысить доверие. В случае с МММ есть много негатива в отношении людей к этой компании как к абсолютно виртуальной. Тем более, создатели пирамиды открыто говорят, что ничего физического у компании нет (в этом якобы ее защищенность). И вот мы наблюдаем появление пунктов оболванивания желающих стать миллионерами быстро.

Для обычного обывателя такой киоск – это практически отделение банка. Только есть разница. Когда банки находятся где-то в 200-х метрах от остановки, МММ стоит прямо у киосков «все для айфона» и «шаурма» – т.е. в местах скопления целевой аудитории.

В некоторых банках еще остались решетки, и вместо лица кассира мы должны видеть через щель в зеркальном стекле, завешенного «распорядженнями НБУ»  пузо тучной дамы. В МММ большие свободные витрины, за которыми видно прележно одетого менеджера.

Я сделал это фото в воскресенье в 19:00 и двери МММ все еще открыты (совсем не как в банковских отделениях). А не это ли нужно потребителям?

С точки зрения визуальных коммуникаций: справа от входа висит постер с инфографикой накоплений, сразу видно когда получится накопить на машину.

Это грустно, но в данном случае МММ показывает банкам как нужно делать:)

Насколько правильно банкиры представляют себе ценности, приоритеты, стратегии управления капиталом, образ жизни богачей будущего?

Отвечая на этот вопрос, британская компания Scorpio Partnership, мировой лидер в разработке стратегий для PB&WM, партнер IDNT, провела опрос состоятельных людей по всему миру – «The Futurewealth Project». Начиная с 2008 г., каждый год в опросе принимало участие 1500-1800 человек.
Мы знаем, что всегда есть разница между тем, как ситуацию видят клиенты и продавцы.
В 2011 году впервые в Украине и СНГ мы провели опрос банкиров и финансовых экспертов самого высокого уровня “PB&WM in the CIS” для того, чтобы увидеть рынок с точки зрения банков. Несколько вопросов были идентичны тем, что задавались wealth-клиентам в разных странах в ходе опроса «The Futurewealth Project».

Наконец-то результаты опроса оформлены в виде отчета, который доступен всем участникам.

Интересно, что в целом картина похода на результаты исследования, которое в то же время провела KPMG, только мы немного с другой стороны подходили.

Think Different – когда-то говорил Apple, создавая уникальные продукты. Сегодня же пользоваться айфоном – уже почти моветон. Если айфон не упакован в какой-нибудь чехол, то соседи по столику в Гастророке засмеют (если еще раньше он не разобьется). Поэтому, придумана масса как-бы-прикольных чехлов, которые дают возможность и так оригинальным пользователям выделяться еще. Вот несколько примеров из Сингапура;)

Видел с такими людей на улице.

Кстати, приятные визитницы!

А кого волнует, что дизайнеры и инженеры Apple потратили полжизни и полтора миллиарда, чтобы сделать айфон на 0,4 мм тоньше? Толщина – не главное, главное – формы:)

В одном классном парижском магазине всякой всячины найдены пантонные чашки.

В дополнение к ним была масса интересных и бесполезных штук.

Вот, например, хипстерские фотокамеры.

А это – набор гения ломографии!

В выставочном центре Arena O2 в Лондоне есть концепт-стор NISSAN.

Я уже писал когда-то про концепт-стор TOYOTA CITY SHOWCASE в Токио.

В Arena O2, кроме выставочных и конференц-залов есть масса развлечений, ресторанов, классных магазинов, кинотеатр и концепт-стор мобильного оператора О2, про который я тоже уже писал.

NISSAN Innovation Station представляет из себя небольшое пространство с запутанной планировкой.

Первый зал после входа заставляет пройти по лабиринту, который задан световой инсталляцией по полу. Синий свет замедляет реакции и создает ощущение какой-то нереальности. Собственно, концепт-стор и должен восприниматься как что-то особенное. На пол и стены проецируются изображения, которые еще больше сбивают с ног.

Далее посетитель попадает в довольно узкий коридор, который со всех сторон увешан экранами различного размера, на каждом из которых показывается свое изображение и звук.

Создается впечатление, что проходишь через толпу людей, где каждый тебе что-то говорит на ухо. Благодаря четкой технической реализации достигается зонирование по звуку, есть  несколько зон с разным плей-листом и звук не накладывается. Звукового хаоса не создается, слышно отчетливо.

На посетителя смотрят десятки людей с экранов и рассказывают истории – короткие ответы на вопросы. Это все реальные люди, посетители, которые записали свои обращения в этом концепт-сторе. Как только вы запишете свое послание, оно появится на одном из экранов.

Для этого некоторые экраны снабжены камерами и интерактивный персонаж призывает к общению, задает вопросы.

Кстати, прикольные вопросы. Бренд хочет знать, каким люди видят автомобиль будущего, как себе представляют путешествия в будущем и т.д.

При желании можно зарегистрироваться в системе, введя какие-нибудь контакты и имя. Тогда получаешь карточку, которая дает возможность участвовать в играх, симуляторах и т.д., а также узнать что интересного делает Nissan в твоем городе.

Hello Mopsy!

А поговорить?

Проходим дальше. Небольшой круглый зал, с моделью автомобиля в центре на подиуме, приглушенный голубой свет.

Перед машинкой установлены прозрачные экраны, как фантастических фильмах начала 2000-х.

От центрального зала в стороны размещены несколько игровых и experience-зон.

Можно поиграть в «телевикторину».

Только нужно зарегистрировать с помощью карточки, к которой уже «пришито» ваше имя. В итоге, результаты записываются на карточку, чтобы получить на выходе бонус.

Но обыграть коварного ведущего не просто.

Есть несколько симуляторов, которые постоянно оккупированы.

А эта зона посвящена электромобилям. Нужно выбрать место для виртуальной поездки и зарядить батарею. Потом проверить, хватит ли зарядки для выбранного маршрута.

Выбираем маршрут…

Теперь заряжаем батарею…

Чем дольше держишь, тем больше заряд.

Теперь едем: передвигается экран вдоль шкалы вверху стенда.

Никуда не доехали. Пробуем еще раз.

Теперь дальше получилось.

В концепт-сторе стоит пару живых машин.

Juke тогда еще не продавался, только анонсировался.

И концепт электромобиля.

Только в отличие от TOYOTA CITY тут нельзя порулить концептом.

Как обычно, сначала показывают ТАКОЕ, а потом на дорогах появлятся какой-то мутант типа Juke.

Рядом с концептом установлен гигантский стол-мульти-тач-скрин.

Но работал он некорректно, как «айфон» сквозь варежки Деда Мороза.

Были и другие интерактивные «забавы» через пару десятков экранов по периметру. Люди метались от одного экрана к другому, засовывая свои карточки.

По-моему, технология т.н. «дополненной реальности» сильно переоценена. Сомневаюсь, что можно чувствовать себя полноценным, упражняясь с этой фигней.

Девушка тужилась пару минут только ради того, чтобы «удержать» машинку на дощечке. В чем смысл – непонятно, особенно, когда есть другие развлечения.

Завершает пространство длинный коридор с историей бренда в картинках.

Показательно, что как и у многих автомобильных брендов, дизайн Nissan со временем становится все хуже  и хуже, приближая автомобиль к идеальной форме обмылка.

На выходе стоит телминал, который показывает бонусы, набранные во время посещения концепт-стора и рассказывает о том, как их можно потратить в Arena О2.

Дальше – выход через космическую дорожку обратно, в реальный мир.

Сам Arena O2 и ее окружение – приятное место.

Это круто, когда бренд спрашивает у потребителей, каким они хотят его видеть, какой видят индустрию в целом. Вот бы что-нибудь подобное начали делать банки!

17 мая в Минске пройдет первый семинар-практикум, полностью посвященный маркетингу в сфере финансов.

Вместе с Еленой Коронотовой, Директором по развитию бизнеса IDNT будем рассказывать о маркетинговых стратегиях и способах реализации стратегий в розничных банках. Надеюсь, что мероприятие станет Событием для рынка Беларуси, где банковским маркетологам практически негде набираться опыта.

Организатор – портал www.infobank.by Все о финансах в Беларуси.

Еще никогда участники меропрятий с моим участием не платили миллион денег:)